Сказки дедушки Бабая

Хотите стать нашим автором?

Ну, попробуйте...

Рассказочки

Автор: Вампирусий

Легенда о птерозавре

Егорка всю жизнь был умным мальчиком. Лет где-то до десяти. А потом в клубе юных техников объявили конкурс дельтапланеристов. Он-то и повлек за собой гибель и разрушение город Гадюкинска, в котором жил наш чудо-ребенок. А начиналось все так.

- Мама! Мама! – Егорка ворвался в гостиную талариированным городничим. Матушка его по привычке выронила из рук недочищенную тушку карпа, а бабушка по привычке прикрылась от юного светоча сковородкой. Но меры предосторожности не помогли. В чумазой ручонке неугомонный акселерат сжимал сморщенную шею нечта, что при ближайшем рассмотрении оказалось задолбанным до потери сознания археоптериксом. – Смотрите, какого петуха я за гаражами нашел!

Находку, вестимо, недооценили.

- Выбрось на…, и помой руки, - скомандовала мать, а бабка лишь подкивнула с опаской из-за своей сковородки.

- Вы ничего не смыслите в палеонтологии, - вздохнул Егорка. – Вот увидите, ретрограды, приидет время – и реки умоются кровью… Ну, или как-то так. Короче, говорю я вам, аукнется на…, но будет уже поздно!

И, не дожидаясь заслуженного перевоспитания попавшимся под руку столовым инвентарем, сорванец ретировался в свою комнату.

Долгих пятнадцать минут прошли в гробовом молчании. Потом мама молвила: «Ну, не гаденыш ли?» и отобрала у бабули чугунное средство перевоспитания.

На пороге комнаты юного дарования ее встретила запертая изнутри дверь.

- Открой, падла! – мама отстучала по двери первые аккорды бессмертной шопеновской сонаты си-бемоль. Из дальнего конца коридора, из-под нахлобученной на голову двуручной кастрюли, ей вторила осторожная бабушка. Но дверь безмолствовала.

На следующее утро, покинув подпертую комодом комнату через окно, Егорка вновь посетил гаражи. На сей раз его добычей стали два стегозавра, передняя половина птеранодона и обглоданный остов чего-то неопределенно птицетазового. Другой бы на его месте предположил, что в жестяной коробке под нумером 523 припарковался Герберт Уэст на своей темпоральной машине, стибрил бы пару шильддиков, да и успокоился. Но не таков был наш герой.

Примерно с неделю Егорка ежедневно обшаривал задворки тачкодрома. И наконец ему улыбнулась удача.

Открытие дельта-конкурса пришлось, разумеется, на 13-е число. 13-е в этом месяце выпадало на вторник. Что, в принципе, тоже неплохо.

С самого утра пустырь за гаражами кишел бородатыми имбецилами, на старости лет впавшими в детство, прыщавыми тридцатилетними тинейджерами, так и не вкусившими женской ласки, и пионерами, традиционно путающими венгерский автобус с греческим былинным героем. Все участники празднества, само собой, были пьяны в подшипник от списанного пропеллера. И только Егорка благоухал свежеслопанным луком не потому, что стеснялся окаменевшего перегара, а потому, что окно его выходило на луковую грядку. Входную же дверь Егоркиной комнаты заботливые родители решили пока не открывать.

По пуку стартового пистолета взмыли в небо первые дельтапланы. Описали круг над Гадюкинской пустошью. Но наш герой не спешил.

Вторая порция воздухоплавателей приземлилась в дремучих зарослях гадюкинского чертополоха, третья, четвертая. Егорка ждал.

В полуфинал вышло человек пять – самых прыщавых и с бородой. Тогда-то малыш и вывел из-за гаражей своего орнитохейруса. Гаркуша, как нарек Егорка своего питомца, смерил соперников презрительным взглядом. Клацнул клювом, вильнул гузкой. И без особых возражений выиграл в этом конкурсе.

Конечно, многие конкурсанты не успели спрятаться, и победитель их просто-напросто слопал. Болельщикам, тоже немного не повезло. Ну, и в Гадюкинске призер развернулся, как смог. В сущности, сколько там было того Гадюкинска… А Гаркуша – он от рождения крупный, да, и Егорка его неплохо луком кормил.

Скорее всего, у Гадюкинска не было никаких шансов.

Кстати, еще был момент один интересный. Егор на Гаркуше домой залетал.

- Мама, - кричит, - я только что конкурс дельтапланеристов всухую выиграл! Дай что-нить покушать и пегаса моего напои!

А мама как-то не сразу врубилась. Пока у бабки сковородку воспитательную отбирала, да под кроватью ныкалась – осерчал пегас. Враз остался Егорка один на земле – сирота-сиротинушка. Никого у него, кроме орнитохейруса не осталось.

Так что, немудрено: возмужал в считанные мгновения, борщ на плите слопал, да и верхом в Москву ускакал. А что - посудите сами - чай, не какой-нибудь поц с горы. Целый лауреат!

А молодежи у нас, говорят, повсюду дорога, почет и прочие перспективы.

Правда, Гаркуша?